Потому что мы валенки

3 октября 2008, 00:00 Александр Бойко        Просмотров: 252

Воистину, в историю можно войти, а можно и вляпаться. Почему Василий Павлович Тарлев выбрал второй вариант — загадка. В том смысле, что он вполне мог войти в историю. Как самый долгоиграющий премьер-министр в истории Молдовы. Как первый глава кабинета, вышедший в отставку не со скандалом, а с орденом. Как руководитель исполнительного органа, из которого, по примеру предшественников, не стали делать громоотвода, козла отпущения. Никто же не сказал: «Быть тебе, Василий Павлович, козлом отпущения». Сказали, наоборот: «Спасибо за работу. Еще поработаем». И орден на лацкан. Так что Василий Тарлев уверенно, как человек и пароход в степях Буджака, шел в историю. Но вдруг почему-то решил, что в неё обязательно нужно вляпаться. И вляпался. В мутную лужицу под названием «Центристский союз».

Ноль при единице — это не десять

Василий Павлович Тарлев возглавил эту нелепую организацию, созданную когда-то бывшим советником Петра Лучинского Михаем Петраке. В активе — недвижимость: особнячок в центре города. В пассиве — около одного процента электорального рейтинга. Точно по Маяковскому: единица — ноль, единица — вздор, голос единицы тоньше писка, и т. д. Больше того: чтобы взгромоздиться на кол этой единицы (процедура сама по себе неприятная), самолюбивому экс-премьеру пришлось пройти через довольно унизительный процесс. В Доме культуры университета, где проходил съезд Центристского союза, разыгрывались просто библейские сцены вперемежку со сценами из знаменитого фильма «Место встречи изменить нельзя». «Покайся!» — требовал от Тарлева Михай Петраке и эдак, с подозрительным намеком от вайнеровского главаря шайки «Чёрная кошка»: «Сдается мне, мил человек, что ты стукачок». Подозревал Петраке Тарлева в том, что тот не до конца порвал с коммунистами. И это — совершенно поразительная вещь! Очевидно: не будь Тарлев когда-то волею судеб занесен в правительство, сформированное ПКРМ, он был бы сегодня нужен Петраке и его политформированию как собаке пятая нога. Напрашивается один вопрос: будь Василий Тарлев по сегодняшний день скромным руководителем конфетной фабрики, не будь за его плечами этих семи премьерских лет, он бы удостоился приглашения возглавить однопроцентных молдавских центристов? Ответ, кажется, очевиден. Оставайся Василий Палыч руководителем радостной конфетной фабрики, его не пригласили бы даже возглавить центристскую партячейку в Бубуечах, если, конечно, она там у центристов существует.

 Буратино против папы Карло?

Это без вариантов, ибо Василий Тарлев в его нынешнем виде (взгляд острый, походка твердая, рукопожатие крепкое) — целиком и полностью продукт правящей партии. Он смело может привязать к галстуку бирку с надписью «Продус ын ПКРМ». Именно правящая партия в погоне за стабильностью обеспечивала кабинету Тарлеву политическую поддержку. Реализация многочисленных инициатив президента Воронина и парламентской фракции ПКРМ — от экономического развития до приднестровского урегулирования — подарила бывшему премьеру его долю паблисити. По телевизору его показывали, он себе нравился наверняка. Подрастал в собственных глазах. Вот так, по вершку, Василий Тарлев рос, рос и дорос. Аж до председателя Центристского союза Молдовы. От такого карьерного взлета дух захватывает. Был всего-навсего каким-то премьер-министром государства, а стал целым лидером партии с целым одним процентом электорального рейтинга.

В этом смысле позицию Михая Петраке, теперь уже бывшего председателя Центристского союза, сложно назвать логичной. Он называет свой Центристский союз, оппозиционным правящей партии, то есть партии, которая, как папа Карло Буратино, выстругала нынешнего лидера Центристского союза Василия Тарлева. Который, в свою очередь, является оппозиционным правящей партии формированием. Что-то плохо этот круг замыкается. Будучи оппозиционным формированием, Центристский союз Молдовы по определению должен жестко критиковать всё, что сделала нынешняя власть за отчётный период. То есть, в том числе и деятельность правительства Василия Тарлева, которое являлось одной из ветвей власти в государстве. Собственно, этим Петраке и занимался все эти годы. С другой стороны, именно участие в этой власти Василия Тарлева, извлечённого в 2001 году из конфетной патоки, и сделало его фигурой, столь симпатичной для Михая Петраке и его партии. Поскольку — приходится повторяться — производство Василием Тарлевым кондитерских изделий не делало его политической фигурой, достойной возглавить политической формирование, набравшее на последних парламентских выборах даже один процент голосов избирателей.

Очевидно, что Михай Петраке надеялся, что Василий Тарлев, поднабравший благодаря своему участию в коммунистическом правлении очков, добавит к этому проценту еще сколько-то процентов. Но как теперь Михаю Петраке и его партии критиковать это правление? В ещё более нелепом положении оказался Василий Тарлев, возглавивший партию, оппозиционную фактически самому себе. Наверняка где-то в театральных костюмерных Кишинёва можно обнаружить и примерить на себя салоп и цветастые юбки пресловутой унтер-офицерский вдовы. Ну, той самой, что сама себя высекла.

 Партбилет на стол?

Видимо, двусмысленность ситуации давила на Михая Петраке. А может, он просто не желал расставаться с постом лидера партии. Партии, хоть и никакой абсолютно, но дающий статус председателя лично Петраке. Какой-никакой, а начальник. Что-то странное происходило. Тарлев опоздал на час, а потом, когда экс-премьеру Петраке устроил экзекуцию (не верю, дескать, что порвал с коммунистами), не выдержал, сорвался и чуть было не ушёл. «Не мечтал оказаться в такой неловкой ситуации», — заявил Тарлев. Ага, он, судя по всему, всю жизнь мечтал стать председателем Центристского союза Молдовы.

Впрочем, надо отдать Василию Палычу должное. Он довольно чётко определил суть происходящего: «Если бы знал об этом спектакле, то не пришел бы на съезд». Вопрос: а чего пришел? — застревает «между зубов». Пришёл, поскольку, наверное, не знал, что там будет спектакль. Видимо, исключительно отсутствие у бывшего премьера гуманитарного образования не позволило ему определить жанр происходящего как фарс.

Этот спектакль сделали зрители, среди которых как-то вдруг оказалось подозрительно много башкалийцев, односельчан Василия Тарлева. Наличествовали также бывшие полицейские и налоговые инспектора, которых можно будет тоже назвать поборниками центристских идеалов, когда таковые будут сформулированы. Они хлопали Василию Тарлеву. Правда, половина зала хлопала Михаю Петраке. Башкалийцы с бывшими полицейскими перехлопали. Петраке обреченно сдался. Василий Тарлев стал, видимо, первым в истории человечества (что твой Гагарин) лидером партии, который не читал её устав, программу и даже не являлся её членом. На глазах у изумленной публики он написал заявление о вступлении в Центристский союз на имя Михая Петраке, который, подписав его, тут же перестал быть председателем партии. Возможно, Василий Тарлев написал после этого ещё одно заявление на имя нового председателя партии. Для пущей легитимности. «Уважаемый господин Тарлев В. П., прошу принять в ряды Центристского союза господина Тарлева В. П. Заранее благодарен. С уважением, Тарлев В. П.». И наверняка подписал приказ о назначении Петраке, который только что принял его в ряды партии, своим заместителем. Ну, во всяком случае, пообещал. Тот очевидный факт, что Василий Палыч Тарлев не читал ни программы, ни устава партии, которую возглавил, выразился в его доктринальном интервью кишинёвским телеканалам. Телезрители внимали Василию Палычу, который говорил с экранов: «Мы не левые, мы не правые…», — и тут же в экстазе узнавания подхватывали давно знакомую шутку от Николая Фоменко: «… потому, что мы валенки!».

(с) Пульс