Далеко, навсегда...

6 июля 2009, 10:50 Олег Тимошенко        Просмотров: 839

Людмиле Георгиевне не так давно исполнилось 80. Помню, в тот день услышал в соседней комнате знаменитую «Волгу», подумал – вот голос был. Вроде не оперное сопрано, или баритон, и даже совсем негромко, но – такой по-необыкновенному чистый. Вышел посмотреть – нет, не был. Не в прошедшем времени то есть – это один из её нынешних концертов. Теперь, увы, придётся говорить в прошедшем времени.

Вообще что-то потрясающее в том, что такой человек, как Зыкина жил среди нас. «Известная эстрадная певица СССР» вообще никак не ассоциируется с эстрадой. Даже с эстрадой строгого послевоенного периода. Её «Орегбургский платок» - это что-то совсем уж классическое, почти фольклорное. В карте ассоциаций он – где-то рядом с «Незнакомкой» Блока, или «Утром, в ржаном закуте» Есенина. Что-то историческое, пришедшее к нам для того, чтобы пробудить воспоминания прошлых поколений. Однако, Зыкина жила и продолжала петь в наши дни. И это было восхитительно. Восхитительно даже для людей, которым такая направленность музыки не близка, или близка под определённым настроением (к таким толстокожим слушателем относится и автор этих строк). Высшая степень развития исполнителя – заставить тебя понимать даже того, кто к этому не только не стремится, но и не готов. Однако, Зыкина – никого не заставляла. Она просто жила и пела.

Значимость Зыкиной в деле популяризации фольклорных песен невозможно переоценить в принципе. Не будь её – и это направление было бы вовсе дискредитировано. Сейчас настоящему любителю народных песен (поверьте, такие есть) остаётся только слушать лишь «академические» радиостанции, или собирать фонотеку самостоятельно. Широкой же ротации добиваются лишь какие-то непонятные «ахи-охи» под однотипный недодискотечный «туц-бац». К народной музыке это отношения не имеет никакого, хотя именно так это отвратное месиво и называют. Зыкина в последние годы опровергала эту грустную тенденцию. Что интересно, в её репертуаре очень мало именно народных песен, часто это – созданные советскими композиторами стилизации. Но при этом ни у кого не возникало другой мысли, кроме как – это и есть настоящая, народная песня, живая и трогающая. Она никогда не опускалась до того, чтобы разбавить репертуар чем-то ненастоящим, но активно продающимся. Фамилии Людмилы Зыкиной не было в верхних строчках хит-парадов в постсоветское время. Зато было безграничное уважение к её персоне. Была Зыкина – такая же, как и раньше, неизменная, не растратившая себя.

Особая, если не самая важная часть образа Зыкиной – то достоинство, с которым она выходила на сцену. Всегда спокойная, уравновешенная, с полнейшим отсутствием даже минимума пошлости, характерной иной раз для публичных людей. И вместе с тем, внутреннее достоинство, если не строгость совершенно не делает её (что тоже редкость) высокомерной. Людмилы Зыкина всегда была и оставалась «своей полностью» для десятков миллионов людей, и так – десятки лет. Третьей же частью сценического образа стала, наверное, её естественность. Всё-таки, для эстрада в СССР – машина любопытная. С одной стороны, качественная цензура не давала попасть на сцену бездарному исполнителю. С другой же – слишком узкие рамки, заданные сверху, часто не давали по-настоящему широко открыться даже талантливым исполнителям, делая их слишком форматизированными. Для Зыкиной рамок не существовало. Не в плане, что она за них выходила. Просто ей это не было нужно – она оставалась в рамках, но сохраняла естественность на все сто.

В чём секрет необыкновенного достоинства Зыкиной? Возможно, в её знании жизни, ведь начиналось всё отнюдь не с музыкальной школы и консерватории. Бывает так в жизни, что человек один раз, совершенно случайно пробует себя в творчестве, и оказывается, что его талант уникален. Так было и с Людмилой Георгиевной. Однажды она просто опробовалась на конкурсе молодых исполнителей. И дальше всё пошло уже в новом русле. А до этого была куда более суровая жизнь. К примеру, когда началась война, Зыкиной было всего 12 лет. Однако, уже через год она начинает работу на военном заводе в качестве токаря. Возможно, во время войны и не бывает неженских профессий, но тринадцатилетняя девочка-токарь – это уже нечто особенное, за что нам, живущим после войны, стоило бы поклониться уже не известной певице, а просто героическому человеку, внёсшему свою лепту в освобождение страны. Интересно, догадывался ли кто-нибудь из тех, кто работал в далёком 42-м на заводе имени Орджоникидзе, что их молодая товарка – будущая заслуженная артистка СССР? Не думаю – время было не то, чтобы так уж часто тренировать вокальные способности. Далее была работа санитаркой, ну и много кем ещё. Факт, что лёгких путей Зыкина не искала. Однако, нашла дорогу ко всесоюзному признанию, попав после любительского музыкального конкурса в достаточно престижный музыкальный ВУЗ.

Пройдя сначала трудную школу жизни, а затем такой же долгий творческий путь (Зыкина перед выходом на эстраду довольно много времени отдала хоровому пению), ставшая уже настоящей звездой (и пускай не было тогда подобного определения), Людмила Георгиевна никогда не почивала на лаврах. Много времени и сил она отдала и педагогической практике (помня, наверное, как сама пришла учиться профессиональному пению не со школьной скамьи, а после нескольких лет напряжённой физической работы), и особенно – общественной деятельности. Кто такая Зыкина – прекрасно знают во многих странах нашей планете, по крайней мере – люди, которым не безразлично понятие «мир». Кроме миссий Фонда мира, Зыкина способствовала открытию культурных центров за рубежом (самый известный – в Берлине, что, кстати, символично, ведь Зыкина – одна из тех, кто имеет непосредственное отношение к победе над фашизмом). Уже в перестроечные и постсоветские годы Зыкина многое делает для российких летей-сирот. И это не говоря уже о поддержке молодых музыкантов. А о то, сколько их, она знала не понаслышке, входя в жюри десятков международных фестивалей. Иногда случалось так, что Людмила Георгиевна входила в жюри вместе со своими бывшими учениками, тоже ставшими значимыми музыкальными педагогами, или композиторами.

Людей, которым важна Зыкина-исполнитель – миллионы, и люди, которым важна Зыкина-помощник всем и вся – тоже достаточно. Они разбросаны по всему миру. Неслучайно уже после распада СССР замечательной певице были присвоены почётные звания практически во всех странах СНГ (и не только), где она выступала с концертами. По-настоящему масштабная, макронациональная фигура. Исполнительница русских народных песен, и при этом – народная артистка для многих народов. С неё действительно ушло что-то куда более важное, чем мы теперь осознаём. Что-то, чего просто так не заметишь на сцене.